[an error occurred while processing this directive] ЦЕРКОВНАЯ ЖИЗНЬ-Мнения
[an error occurred while processing this directive]
 

 

Ц Е Р К О В Н А Я
Ж И З Н Ь
 







Со всеми замечаниями обращайтесь
church-life@yandex.ru

Отсутствие православного сознания у современного епископата
— главная проблема Церкви

БЕСЕДА С АФОНСКИМ ПУСТЫННИКОМ


    Недавно нам удалось встретиться и побеседовать с одним из пустынников Святой Горы, весьма образованным и начитанным человеком. Во время этой встречи мы затронули некоторые важные стороны современной жизни Православной Церкви, старец рассказал о жизни многих уже ушедших из этой жизни пустынниках, которых он знал лично. Но о них мало кто знал ещё. Это были действительно «те, которых весь мир не был достоин, скитались по пустыням, и горам, по пещерам и ущельям земли»1, согласно словам апостола Павла.
     Для современного человека, избалованного разнообразными изобретениями науки и техники, комфортной жизнью, монашество, а тем более пустынники — это что-то совершенно непонятное и странное. Лишенные всех удобств жизни, проводя все дни с узких пещерах или маленьких крохотных кельях на отвесном обрыве святой горы, словно в ласточкиных гнездах, — они жили в крайней нищете и полном отречении от мира, никогда не покидали Святую Гору, навсегда умерев для внешнего мира.
     «Сегодня в нашу церковную жизнь,- подчеркнул старец, - активно внедряется магическое сознание, теряется подлинное духовно-мистическое восприятие Церкви как Тела Христова. Утрачивается и понимание того, кто есть епископ. Он чаще воспринимается как чисто административная фигура, как служащий культа, который обладает властью в чисто светском понимании». Однако исходя из богодухновенных творений свмч. Дионисия Ареопагита, прп. Максима Исповедника, епископское служение — это не работа и не просто служение, а явление образа Христа, отражение свойств Христа своей жизнью и служением. Даже во время богослужения епископ, его вход в храм в начале Божественной литургии — это символ и образ, «изображение первого пришествия во плоти в этот мир Сына Божия, Христа Спасителя нашего». И далее прп. Максим Исповедник в свое знаменитой «Мистагогии» пишет: «Своим пришествием Он (Христос) освободил и искупил естество человеков, порабощенное тлению, подвергшееся смерти через свое грехопадение и тиранически управляемое диаволом. Невинный и безгрешный, Он заплатил за людей весь долг, словно Сам был виновен, возвратив их к благодати Царствия и отдав Себя Самого в выкуп и искупление за нас».2 А последующее вхождение архиерея в алтарь с восхождением на священнический престол означает «Вознесение Христа на небеса и возвращение на преднебесный престол».3
     Несомненно епископ, вся иерархия имеет важное значение для Церкви, ибо без епископа немыслимо существование самой Церкви. И об этом прекрасно было сказано еще свмч. Игнатием Антиохийским: «Где епископ, там и Церковь». «Однако епископское служение не должно восприниматься, - еще раз подчеркивал старец-пустынник, - в чисто светских понятиях, его власть - это духовная власть, имеющая своим источником Христа, истинного Бога. Епископ это не некий директор, проявляющий свою жесткость к подчиненным, некую административную власть. Точно также само благословение, осенение крестом при испрашивании благословения мирянином на какое-то дело, это не есть просто некое чисто внешнее действие. Благословение — это ниспослание божественной благодати, действие божественной энергии. Однако божественная благодать не подается механически и автоматически. Архиерей и священник должны чувствовать и переживать это на чисто внутреннем интуитивно-мистическом уровне, что подаемое в данной ситуации благословение соответствует воле Божией».
     Отсутствие у большей части иерархии аскетической строгой жизни, проведение ее в бесконечных встречах и беседах, лишает иерарха жизни в чувстве благодатного общения со Христом. Тем более, если иерарх не молится, не приобретает навык умной молитвы, то он, как и всякий клирик, превращается просто в светского служителя, обслуживая религиозные потребности людей, не неся пастырского служения, направляющего человека к единению со Христом, к обожению, о чем как о цели и смысле церковной иерархии пишет свмч. Дионисий Ареопагит: «Начало обожения, из которого обоживаемые имеют возможность обоживаться, по божественной благости даровало иерархию на спасение и обожение всех словесных и умственных существ».4 Иерарх, получив силу через совершение божественных таинств, должен «и обоживаться и передавать находящимся внизу, по достоинству каждого, от Бога полученное им священное обожение, устремлять вперед более слабых и предшествовать им и, по мере сил, предводительствовать другими».5
     У свт. Григория Богослова мы находим прекрасное объяснение архипастырского служения в Церкви именно как восстановления образа Божия в человеке и ведение его по пути обожения. Свт. Григорий Богослов сопоставляет служение епископа со служением врача. Но поскольку лечение души намного сложнее лечения тела, то и духовное врачевство, составляющее сущность иерархического служения, сложнее служения обычного врача. «Итак, как нами было сказано, - говорит свмч. Дионисий Ареопагит, - что цель свойственной нам иерархии такова: наше, насколько это возможно, уподобление Богу и единение с Ним. Достигаем же мы этого, как учат божественные Речения, только любовью к высочайшим заповедям и священнодействиями».6
     Утрата понимания важности вести аскетическую жизнь приводит в конечном итоге и к постепенной утрате православного сознания в современном епископате. И поэтому не приходится удивляться тому, что современная иерархия в своих действиях и мыслях руководиться не «богопреданными Речениями», как об этом говорит свмч. Дионисий Ареопагит, а своими собственными суждениями, выработанными в ходе богословских экуменических диалогов, ложными и неверными идеологемами, представлениями, мнениями.
     «Обратите внимание,- говорит пустынник, - что Церковь Христова — это Тело Христова, это не иерархия. И мы верим в Церковь Святых Отцов, а не святых Иерархов. Мы молимся: «Молитвами святых Отец наших, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас», а не «молитвами Иерархов». Святые Отцы — это вовсе не иерархи Церкви только, а это обоженные, достигшие святости, теснейшего единения со Христом люди. Ими то как раз и являются по преимуществу монашествующие, пустынники. Впомните, что величайший Томос 1340г., Святогорский Томос, был написан великим Отцом Церкви свт. Григорием Паламой, когда он был пустынником, живя на святой Горе, а не епископом. И те, кто подписали этот Томос были не просто представителями двадцати святогорских монастырей, как современные антипросопы или игумены, а имевшие высочайший авторитет аскеты- подвижники.


     «Ниспровергнутая на соборах XIV века ересь Варлаама и Акиндина, которая кстати поддерживалась не кем иным как Вселенским патриархом Иоанном Калекой, теперь получает свое распространение именно в рационализме, рационалистическом и магическом подходе с иерархическому служению. Этот подход к богословию, к церковному служению и сам метод богословствования являются разрушительными для Церкви. Все церковнослужение превращается в некую механическую работу, которая, как правило, не соответствует воле Божией». Свт. Григорий Богослов замечает, что иерарху следует «посредством своей добродетели привлекать народ к порядку, и не силою обуздывать, но доводить до порядка убеждением».7 То есть всякая деятельность совершаемая вне божественной воли не приносит столь важного и искомого просвещения и освящения от Бога.
     В наше время возникла и стала активно распространяться тенденция подчинения монашества, монастырей епископу. Это тоже следствие обмирщенного подхода к церковной жизни. По мысли смвч. Дионисия Ареопагита монашество — это высший духовный чин в Церкви: «Из совершаемых же чинов высочайшим является священный разряд монахов, достигающий всякой очищенной чистоты». Не следует смешивать духовный чин с иерархическим чином.8 Внесение в управление монастырями и монашествующими жесткого административного начала — это сильнейшее оружие для уничтожения монашества. «Но без монашества, - подчеркнул пустынник, - Церковь перестает быть Церковью, Она теряет свою благодатную соль». Первые тенденции к подчинению монашества власти епископа наблюдаются уже при свт. Фотие. Епископат боялся монашествующих, которые, как авангард Церкви, вставали на ее защиту, опровергая патриархов-еретиков, защищая Церковь. «Прекрасным примером для Церкви, - подчеркивает пустынник, - в защите православия при свт. Никифоре останется прп. Фёдор Студит». Бесстрашная защита веры от ереси, нововведений — это проявление огромной любви к Богу и Его святой Церкви.
     Мы сразу же вспомнили о том, что свт. Григорий Палама в своих богодухновенных творениях подчеркивал, что Церковь — это «новое творение», «общение обожения». Из этих определений, а также учения величайших Отцов древней Церкви вытекает, что Церкви принадлежит не тот, кто просто крещен, имеет иерархическое достоинство, степень, но кто причастен Божественной благодати. А эта причастность достигается большими трудами, лишениями. Вот почему весь строй Православной Церкви аскетичен, ибо в нем отражается и выражается богоначертанный путь к обожению.

А. П. Специально для «Православного Апологета» 2011г, 2-я редакция

  1. Евр. 11, 38
  2. Мистагогия, VIII
  3. Там же
  4. О церковной иерархии, гл.1, 4
  5. О церковной иерархии, гл.1, 2
  6. О церковной иерархии, гл. 2, 1
  7. Слово 3. Оправдание о его бегстве в Понт
  8. О церковной иерархии, гл. 6, 3

Родственные сайты: